Агрессия в терапии: как я перестала бояться злости клиентов и почему это важно

Профессиональное признание: о контрпереносе, детских запретах и точке роста

Автор: Лагуткина Анастасия Алексеевна, психолог, детский и подростковый психолог центра Fidem.

Введение. Тень в кабинете

В работе психолога есть зона, о которой не принято говорить открыто, — наши собственные «слепые пятна». Это те моменты, где наш личный опыт невольно накладывается на восприятие клиента.

Долгое время у меня было именно такое пятно: я бессознательно избегала проявлений агрессии в сессии. Мне было некомфортно, когда дети и подростки злились открыто, когда их фантазии принимали тёмные, разрушительные формы. Я мягко гасила эту энергию — переводила тему, предлагала «подышать» или «поговорить о чувствах», вводила в игру полицейских, которые соблюдали порядок. Мне казалось, что это естественно и профессионально.

Но на самом деле мне было страшно. И только глубокий разбор на супервизии помог мне увидеть, что за этим стоит.

Чем на самом деле был мой страх

Моё убеждение было простым и пугающим: «Если мы проговорим это в кабинете — это материализуется в жизни». Я жила с установкой, что злые мысли опасны, что их нельзя даже допускать, иначе они станут реальностью.

Но в психотерапии действует обратный закон. Чем больше мы подавляем агрессивные импульсы, тем больше они прорываются наружу в искажённой, неконтролируемой форме. И, наоборот, чем больше мы даём им символическое выражение (в игре, рисунке, фантазии), тем меньше у них шансов воплотиться в реальные деструктивные действия.

Моя «жалость к игрушкам» и моё стремление «навести порядок» были моей собственной детской защитой. В детстве мне не разрешали злиться — ругали, игнорировали или пытались смягчить, будто мои чувства были слишком громкими и неправильными. И я переносила этот запрет на своих клиентов, подсознательно пытаясь уберечь их от моей собственной подавленной агрессии.

Что изменилось после осознания

Осознать свой блок — это лишь полдела. Важно было интегрировать его в практику. Я начала с малого:

• Перестала отводить глаза, когда клиент злится.
• Перестала торопиться «спасать» игрушки или вводить полицейских.
• Разрешила себе внутри кабинета быть не только «ресурсной», но и принимать ярость как часть контакта.

Результат превзошёл ожидания. Клиенты, которым я раньше, сама того не осознавая, транслировала: «Злиться здесь нельзя», — наконец получили разрешение быть собой. И что самое важное — они перестали бояться своих мыслей. Когда злость легализована в безопасной среде, она теряет свою токсичность.

Что это значит для клиентов

Для меня важно, чтобы каждый клиент чувствовал: здесь можно быть любым. Злым, страшным, разъярённым. Потому что именно принятие всей полноты чувств, а не их селекция, даёт настоящую опору.

Психолог — не безликий механизм. Он — живой человек, который тоже учится, ошибается и растёт. И моя личная работа над собой — это не признак слабости, а неотъемлемая часть профессии. Чтобы вести клиента в его тени, я должна быть готова заглядывать в свои.

Вместо послесловия

Сегодня я благодарна тому осознанию. Оно позволило мне стать более честным терапевтом. И каждый раз, когда в кабинете разрывается игрушка или озвучивается мысль об убийстве, я знаю: это не конец. Это начало. Начало контакта с той частью личности, которую клиент когда-то вынужден был запереть глубоко внутри.

Мы не боимся этой встречи. Мы готовы к ней. Вместе.

Читайте также

• Злость — имеет право быть
• Как игра помогает ребёнку выразить чувства